Война, которую российское руководство начинало как попытку вернуть утраченный контроль над соседними государствами, в итоге может привести к противоположному результату. Вместо восстановления прежнего влияния Москва столкнулась с военным истощением, международной изоляцией и растущей зависимостью от Пекина.
Такую оценку происходящему дал британско-польский историк Норман Дэвис. По его мнению, политика Владимира Путина показала, что современная Россия уже не располагает ресурсами, которыми обладал Советский Союз, и не способна бесконечно поддерживать образ великой державы исключительно за счёт военной силы.
Российское вторжение в Украину изначально рассчитывалось как быстрая операция, способная изменить политическую ситуацию в регионе. Однако затяжной характер войны продемонстрировал серьёзные проблемы армии, экономики и государственного управления.
Несмотря на значительное превосходство России в численности населения и объёме ресурсов, Кремль не смог добиться полного контроля над Украиной. Более того, украинское сопротивление разрушило представление о российской армии как о силе, способной быстро проводить крупные наступательные кампании.
По оценке Дэвиса, попытка вернуть имперское влияние привела не к расширению возможностей Москвы, а к постепенному ослаблению самой российской государственности.
После введения масштабных западных санкций Россия была вынуждена переориентировать торговлю и экспорт энергоресурсов на азиатские рынки. Особое значение приобрёл Китай, который стал для Москвы важнейшим экономическим и политическим партнёром.
Однако эти отношения трудно назвать равноправными. Экономика Китая значительно превосходит российскую, а Пекин способен диктовать более выгодные для себя условия торговли. Россия всё чаще выступает в роли поставщика сырья, тогда как Китай расширяет своё влияние и получает доступ к необходимым ресурсам.
Именно поэтому Дэвис характеризует нынешнее положение России как зависимое. Формально Москва продолжает демонстрировать самостоятельность, но её способность противостоять международному давлению во многом определяется поддержкой со стороны Китая.
Отдельное внимание историк уделяет российскому Дальнему Востоку. Огромные территории региона слабо заселены, удалены от политического центра и экономически тесно связаны с соседним Китаем.
Китайские компании заинтересованы в древесине, полезных ископаемых, энергетических ресурсах и сельскохозяйственных землях. По мере ослабления Москвы экономическое присутствие Пекина в регионе может только увеличиваться.
В долгосрочной перспективе это способно привести к ситуации, при которой формально российские территории окажутся гораздо сильнее ориентированы на Китай, чем на центральную власть в Москве.
Дэвис также упоминает Владивосток — город, оказавшийся под контролем Российской империи во второй половине XIX века. Однако речь идёт не о подтверждённых территориальных требованиях Китая, а о возможном сценарии усиления китайского влияния в случае серьёзного политического кризиса внутри России.
Прогнозы о распаде России появляются не впервые. Страна включает множество национальных республик и регионов, значительно отличающихся по экономическому развитию, культуре и отношению к федеральной власти.
Пока Москва сохраняет контроль благодаря централизованной политической системе, силовым структурам и перераспределению бюджетных средств. Но затяжная война, снижение доходов и борьба за власть после ухода нынешнего руководства могут изменить ситуацию.
Если центральное правительство ослабеет, отдельные регионы способны потребовать большей самостоятельности. Особенно это касается территорий, обладающих природными ресурсами, но считающих распределение доходов несправедливым.
Тем не менее распад России нельзя считать неизбежным. Это лишь один из сценариев, вероятность которого будет зависеть от продолжительности войны, состояния экономики, устойчивости политической системы и позиции региональных элит.
Во время интервью Норман Дэвис также затронул сложную тему польско-украинских отношений. Одним из главных источников напряжённости остаётся память о Волынской трагедии.
Историк признаёт право польского общества требовать честного разговора о событиях прошлого и достойного увековечения памяти погибших. Одновременно он считает, что обострение конфликта в момент, когда Украина защищается от российской агрессии, может нанести вред обеим странам.
Россия заинтересована в любых разногласиях между Киевом и Варшавой, поскольку Польша остаётся одним из важнейших союзников Украины в Европе. Именно поэтому исторические вопросы, по мнению Дэвиса, должны обсуждаться ответственно и без использования трагедии в текущей политической борьбе.
Настоящее примирение требует не формальных заявлений, а совместной работы историков, доступа к архивам, проведения поисковых и эксгумационных работ, а также уважения к памяти всех жертв.
Главный парадокс нынешней политики Кремля заключается в том, что стремление восстановить империю ускорило ослабление России.
Страна потеряла значительную часть экономических связей с Европой, понесла серьёзные военные потери и стала гораздо сильнее зависеть от Китая. Вместо укрепления российского влияния война усилила позиции НАТО, сблизила Украину с Европейским союзом и заставила соседние государства пересмотреть отношение к собственной безопасности.
Прогнозы о скором распаде России пока остаются предположениями. Однако уже сейчас можно говорить о заметном сокращении её свободы действий. Москва стремилась добиться стратегической независимости, но в результате оказалась в положении, при котором её экономическое будущее всё больше определяется решениями Пекина.
Таким образом, война против Украины может войти в историю не как начало восстановления Российской империи, а как событие, окончательно разрушившее возможность её возрождения.
